Групповая выставка «Закулисье 2.1.» в Крокин галерее

«Закулисье 2.1» развивает однажды заявленный формат игры с контекстом, воспроизводящий ситуацию противоположную тому, что понимается под выставкой как таковой, в традиционном понимании этого слова. В данном случае предлагается забыть о едином сценарии или концепции и стать соучастником некоего странного спектакля, где основное действие происходит за кулисами. Перед зрителем раскрывается метафора таинственной паузы, смены декораций. Сам спектакль завершён, и ситуация в режиме ожидания. Реквизиты убраны и сложены в особом порядке за кулисами в пространстве особой логики, сокрытого от посторонних. Эта пауза, растянутая во времени, обретает особую мотивацию, особое эстетическое значение и функцию, сопоставимую с цезурой в музыкальном произведении, цезурой заполненной массивом ассоциаций, возникающих в недрах сознания за мгновение до наступления чего-то нового, мерцающую в полумраке закулисья. Например, Нового года.

Лишившись сценария, а искусство всегда этого опасается, и, оказавшись по сторону спущенного занавеса в сумерках закулисья, оно как бы исподволь породило странный мир, хранящий фрагменты прежних постановок, высказываний, извлечённых из многосложных сюжетов.

Режиссура изъята из поля зрения, и зритель моделирует свой мир, обращаясь к фрагментам прошлого, к репликам-реквизитам завершённых спектаклей.

«Закулисье», сложносочинённое пространство форм и содержаний, пространство, рефлекторно, на уровне воображения обнаруживающее в себе новую конструкцию и новый сценарий.

И единственным, проблемным моментом, окажется прямая зависимость искусства от электричества.

А сохранится ли искусство, если электричество отключат?

VLADEY. Субботние торги/14

Чайно-гибридные розы, 2014
бумага, акварель
75 х 48 см

Произведение «Чайно-гибридные розы» сделано акварелью на плотной бумаге в 2014 году Мареевым в «потаённой» мастерской в режиме неведомой «самоизоляции». Эта работа, извлечённая из очень личного «заповедника», показывается впервые. По своей стилистике она отличается от прежних произведений автора, но сохраняет присущую Марееву тончайшую игру форм и смыслов. От умозрительных «комариков» и «рыцарей», Мареев обращается к традиции «погружения в натуру», к особому роду созерцанию, что находит свои прототипы в корейском искусстве, что не случайно. Мареев по отцовской линии происходит из Кореи, и вторая часть его фамилии Лим, означает «золото, свет, сияние».

Обозначив свой метод как «независимый реализм», автор подчёркивает степень своей отстранённости от сегодняшнего искусства, утратившего, с точки зрения художника, понимание особой ценности пластического решения. Листы Мареева, своеобразные «эпистолии», наделённые собственным смыслом и качеством искусного изложения, варьирующего изысканную каллиграфию с экстремальным жестом. «Это поиск не терминологии, а формы» — полагает художник, заостряясь на «точности движения и индивидуальности».

Произведение «Чайно-гибридные розы» в этом отношении вполне традиционно и отображает достаточно развитые смысловые и пластические доминанты искусства Александра Мареева (Лима).

Александр Петровичев

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑